Сергей Ростовцев
Последний дубль? Вторая книга мемуаров другой планеты Сифонофоры


Читать с помощью online-читалки "Книгочей 0.2"

Дизайнер обложки Юлия Сергеевна Ростовцева



© Сергей Юрьевич Ростовцев, 2020

© Юлия Сергеевна Ростовцева, дизайн обложки, 2020



ISBN 978-5-4498-3267-2 (т. 2)

ISBN 978-5-4498-3268-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Я, Ростовцев Сергей, молодой человек лет шестидесяти плюс, проснулся в восемь часов в съемной квартире в Израиле, в двадцать первом веке, от того, что мой сотовый телефон яростно звонил.

Звонил не будильник. Будильник я никогда не ставлю. Но кому это в такую рань не спиться? Наверно с работы. Там у них какая-то программа опять не пошла. Сейчас будут кричать, почему меня до сих пор нет на работе. Такой сон прервали…

Вообще-то я работаю с восьми. Но, ни разу, в своей программисткой жизни не приехал на работу вовремя. Если приехать, не выспавшись, так весь день только и мыслей будет, как бы поспать. А если еще и начальство будет все время шастать…. Не вздремнешь! Какое-то время назад, мне сказали приезжать с девяти. С тех пор, когда я приезжаю с восьми до пол-одиннадцатого, считается вовремя. Если позже, нужно предупреждать.

Я взял трубку.

– Алё.

– Привет! – раздался в трубке такой знакомый женский голос – Проснулся? Через десять минут, жду тебя у Ангела. Увидишь меня, иди следом.

– Иду.



Уже прошло некоторое время после того, как я обработал и разослал друзьям по мылу и скайпу результаты своей обработки Валеркиного дневника. Послал я его, не напрямую конечно, и Яне. И вот результат. Она опять захотела со мной встретиться. Ура!!! Может сегодня?

Несмотря на некоторое количество прожитых лет, мои мысли о сексе были, как у члена пионерской дружины. То есть, постоянными. Ну и о чем, скажите, еще должен думать нормальный мужчина, если не о сексе?

Вот с этими мыслями я и шагал, вверх по улице Жаботински, за стройной старушкой, сохранившей, не смотря на свои 50+, хорошую спортивную походку.

– Ты гад! – сказала старушка, когда дойдя до сквера на углу Герцль, я сел рядом с ней на лавочку.

– Ты пришла меня ликвидировать? Я весь в твоем распоряжении.

– Что ты еще утаил? Что это «За эти две минуты передо мной пролетело столько, сколько в этой тетради и не могло быть описано»? Что не могло быть описано, если ты даже нашу груповуху, описал, гад? Мог бы и опустить. Что это прибавило к событиям? Что я блядь? Что за две недели разлуки с мужем, не зная даже на каком я свете, только и думаю, как потрахаться поживописней? Ты же знаешь, что было совсем не так?

– Я придерживался дневникового описания. Ты читала дневник и могла бы вырвать эту страницу, до того, как отдать его мне.

– Вырвать страницу – святотатство. Да и не читала я его. Но можно было эту страницу, упустить при расшифровке. Прежде чем публиковать, убери, пожалуйста, все эти мои «попы». Вдруг кто определит, что это я? В моей попе нет и не было ничего выдающегося. Зачем столько раз ее поминать? И если не получиться убрать, все связанное с сексом, то вычеркни попы, описания поз и издаваемых мной звуков. Это-то там не хрена? Пособие для юношества? Я понимаю, что тебе приятно вспомнить. Гад!

Но я приехала не поэтому. Совсем не из-за поз и звуков. Что? Что не могло быть описано в дневнике? Ты же даром запятую не вставишь? Жмот! Колись!

– Договорились. Запятых будет в достатке.

– Колись!

– Не могло быть описано то, чего Валерка не знал.

– А чего Валерка не знал, я не знала, а ты знал? Ты даже написал в послесловии, что оставил наши копии в пирамиде? Как донос, в спецслужбы!

– Если бы я говорил с Валеркой, я бы назвал только одну цифру: «2018».

– И что это значит.

– Это значит, родная, что во Вселенной, где-то и как-то, существует еще шесть дублей Серёги, включая настоящего Серёгу. А возможно настоящая Яна, и пять ее дублей, путешествуют рядом с дублями и настоящим Серёгой. Но это я понял уже тут, на этой Земле. Туповат.

– Как? Как понял?

– А так, что Серёга, а значит и его точные дубли, не могли погибнуть до 2018 года. Видимо фильмы, которые мы смотрели, показали не все. А может, и видели не все. Гипотезы строить бессмысленно.

– Сейчас еще не 2018 год, и значит, если я тебя сейчас пристрелю, то все, что ты наплел выдумка?

– Родная моя! И тогда все опубликуют с твоими попами, позами и стонами. Что приятно и справедливо. Это причина меня не убивать? И потому, я спокоен. Сейчас ещё не 2018 год. Хотя, и он не приговор. Он последняя гарантированная точка. Потом, я начну бояться смерти и верить в Бога. Хотя, это уж фиг.

Сергей провел в пирамиде ещё несколько часов и даже не выглядывал наружу.

Яна спала, а он скопировал шлем и свой костюм, и резал его копию, на тонкие полосы.

Он старался не задумываться о том, что стало с его дублем и теми, кто попробовал убраться со своей родной планеты, воспользовавшись созданным его другом средством передвижения во времени и в пространстве.

Возможно, все они погибли до того, как это успели сделать. Возможно, они растворились в непонятной флуктуации космоса, возможно…. Мало ли этих возможно? Он желал им успеха, счастья и победы. А ещё его волновал вопрос, не будет ли уничтожена эта планета, естественно вместе с ним, если его друзьям удалось избежать гибели, но не удалось улететь. Может ли быть изменена история?

У них сильное оружие. Но их противники, сейчас сильнее.

Он мог только ждать. И делать было ничего. Ему выпал жребий остаться.

А как воспримет это Яна? Не та, улетевшая Яна, а её дубль. Такой же дубль как он сам. Да и кто более настоящий дубль? Он, с царапиной на руке и когда-то скопированный на Огысе, или его улетевший дубль, созданный с помощью древнего артефакта?

Но сейчас его это не сильно волновало. Хотелось выжить.

Спящая и не посмеивающаяся над ним Яна, а последнее время она была именно такой, выглядела очень привлекательно.

Полная умиротворённость красавицы.

Был бы Сергей художником, он обязательно нарисовал бы эту картину.

Яна была в сарафане и лежала, на расстеленном под ней костюме.

Её сарафан, вымокший в морской воде, когда он тащил её в пирамиду, облегал её тело. Каждую складочку. Кроме сарафана, на Яне угадывались трусики. Её грудь не нуждалась в поддержке и бюстгальтеров Яна не носила.

У неё была небольшая грудь, но она не висела, и сосочки смотрели вверх. А потом узкая талия и в меру широкий таз.

Сарафан был коротким и из-под него были видны её ноги. Атласная кожа, без единого прыщика или морщинки, была почти коричневой от загара.

Сергей любил это тело. Он готов был ласкать и облизывать, каждую его клеточку.

Правда, когда Яна бодрствовала, эффект чуть-чуть пропадал. Он подумал, что когда они познакомились, она или не была стервой, или умело скрывала свою стервозность.

Но Сергея это достать не могло. У него была «слоновая» кожа и он знал, что когда она отдаётся ему, стерва превращается искреннюю и наивную девочку.

Сейчас пока он ожидал того, что случиться или уже случилось наверху, и Яна спала, ему ничего не оставалась кроме, как любоваться ней.

Он лёг рядом с ней, взял её руку в свою и задремал.

Мурка стояла в ногах спящей парочки, как охранник.



– Эй, жирный урод! Просыпайся! Что случилось? Почему мы здесь? – Яна стояла над Сергеем.

– Я тебя тоже люблю. Только не устраивай истерики. Может через несколько минут, мы и без этого погибнем. Давай не ругаться на прощанье? – Сергей тоже встал.

– Что случилось? Почему мы здесь?

– На нас напали ракоскорпионы. Их наверху несколько тысяч. А может сотен тысяч. А может нашу планету через минуту вместе с нами взорвут. Я не знаю.

– А где остальные?

– Остальные попытались вырваться отсюда на Валеркином тепмпотрансляторе. Если у них получиться выжить, они о нас сообщат на Огыс. А если нет, надеюсь, что выжить получиться у нас. – Сергей взял Яну за плечи и притянул её к себе. Яна не сопротивлялась. Он слышал, как стучит её сердце.

– Ты не врёшь? У меня такое впечатление, что ты не нервничаешь, а хочешь меня завалить.

– Я не вру. А нервничать бесполезно. От нас ничего не зависит. А завалить, я тебя всегда хочу.

Яна дрожала. Уснуть в блаженстве, когда вокруг мир и благодать, а проснуться в ожидании казни. Сергей прижал её сильнее.

– Ну, так завали меня, в конце концов. Помирать так с музыкой. – Яна сдвинула с плеч бретельки сарафана, и он упал к её ногам.

В туже секунду она стала совершенно другой Яной, она нежно обняла Сергея и поцеловала его.

Сергей целовал всё ее тело, опускаясь всё ниже и ниже, а Яна запустила руки в его шевелюру, потом гладила его плечи, которые были уже на уровне её живота.

– Я люблю тебя! – Сказал Сергей

– Я люблю тебя! – Сказала Яна.



***

Через двое суток, Сергей одел на голову Мурки, чуть ниже воротника, скопированный шлем, привязав его тесемками от разрезанного костюма. Поверил в своём шлеме, имеется ли картинка.

Шлемы работали. Всё что увидит шлем Мурки, увидит и он, и увидит Яна. Он вставил ей фильтры и вывел её из шлюза.

– Домой! – скомандовал он Мурке через шлем. – К Валерке.

И Мурка уплыла.

Яна молча и грустно смотрела за этими приготовлениями Сергея.

– Надень свой шлем и смотри. Может ты увидишь что-то, что я пропущу. – Попросил он Яну.

И они начали наблюдать.

Небо было чистым. Никаких ракоскорпионов они не видели.

Когда Мурка подлетела к Зазаборью, они увидели грустную картину. Вся сетка, защищающая Зазаборье, была сломана, и дом был наполовину разрушен.

Но кроме мирно пасущихся в загоне молодых трицератопсов, никого живого видно не было.

– Ну что, родная, бог не выдаст, свинья не съест? Полетели на разведку.

– Полетели.

– Только не вызывай никого. Не пробуй пока.

– Не тупая. И знаешь что? Прости меня. Я стерва, а ты добрый. – Яна обняла Сергея. Я не знаю, представится ли мне ещё случай извиниться. Так что не сердись. Если мы погибнем. То такова судьба. А если нет, и если мы отсюда не выберемся, я буду тебе хорошей женой. Я не смогу тебе ни с кем изменить, и сейчас жалею о том, что было раньше. Я тебя не заслужила, но выбора у тебя нет. А теперь полетели.



Они прошли через шлюз и вылетели.

Вечерело. Всё было мирно и тихо. Но неожиданно картинка шлема, который был на Мурке, показала птеродактиля.

Они поспешили к Зазаборью.

Огромный птеродактиль и Мурка кружили в воздухе.

Птеродактиль, видимо привык охотиться на трицератопсов, но наглый летающий трицератопс, да ещё и сам норовящий напасть, вызвал у него нерешительность. Это и решила исход сражения. Сергей не стал дожидаться его естественных результатов, и голова птеродактиля, срезанная его световым мечом, упала в Зазаборье.

– Лехи нет. Вот бы порадовался трофею.

Было грустно.

Захватив с собой отважную Мурку, они полетели в Ручьеград.

Ручьеград был в полном порядке, и они решили пожить в нём.

Сергей ввел в дом Мурку, и Яна не возражала.

Когда они сели за стол есть, Мурка раздвинула их своими рогами и сказала:

– Привет!



***

Они смеялись долго и не могли остановиться.

Всё время, которое прошло с нападения, они были в тяжелейшем напряжении. Даже секс не снимал его.

Ну а что плохого могло случиться рядом с говорящим динозавром.

Сергей чмокнул Мурку в нос и почесал за воротником.

Мурка закрыла глаза от удовольствия.

Яна положила ладонь Сергею на шею и почесала его.

– Я для тебя, как трицератопс?

– Трицератопс симпатичнее. Ой. Прости. Я обещала не стервозничать.

– Не страшно. Я тебя не разлюблю, но и тебе от «жирного урода», никуда не деться.

– Ты, последнее время сильно похудел.

– Спасибо.

– Нет, правда. И ещё. Если я опять забудусь и начну стервозничать, нужно придумать мне наказание. Нет. Не то, о котором ты подумал. Это не наказание.

– Я тебя буду ставить в угол, коленями на соль, и заставлять читать «отче наш».

Они опять расхохотались.



Муркин «Привет» вывел их из состояния грусти. Чтобы ни произошло. Перед ними лежала девственная Земля, которую предстояло покорить или найти очередные приключения на свои задницы.

Муркин «Привет» означал, что скучно не будет.

Начали они с того, что многократно скопировали их снаряжение и разместили практически по всей Земле. Для этого выбирались пещеры, в которые можно было добраться без снаряжения, но вход, в которые был закрыт для любого, кто не обладал разумом. Рядом со всеми пещерами лежали ломы и кирки, чтобы открыть в них вход, даже если они бы оказались рядом без оружия. На самом большом камне, который запечатывал вход в пещеры, они вешали замурованное в глину кольцо – шпалу.

Этому посвятили две недели.

Что ракоскорпионы оставили их в покое, было ясно. А новый астероид они аннигилировать не собирались.

Они создали каменный остров, внутри которого устроили солёное озеро, пляж, с песком, закрыв сверху всё строение прозрачным снизу куполом. Сверху он выглядел как скалы. Потом организовали внутри искусственную атмосферу.

Сюда не пускали даже Мурку. Для мурки создали отдельное безопасное место. И объявили себе пожизненный отпуск.

Утром выгуливали мурку, летая над планетой, днём купались, загорали и любили друг друга, а вечером сидя у камина ели мясо динозавров и пили кизиловку.

А время шло. Но через два месяца новой жизни, Яна сообщила, что у неё второй месяц задержка.

– Я хотела бы, чтобы ребёнок был от тебя, но в этом уверенности нет. Ты меня прогонишь?

Сергей задумался.

– Следующий будет точно от меня, если я смогу принять роды. Но я не уверен смогу ли я принять роды.

– Ну, деваться тебе некуда. Учись.

– Если мы останемся на этой нашей планете, то для нашего народа, генетическое разнообразие не помешает. Но тебя придётся скопировать. И меня. До родов наши пары должны жить в разных климатических зонах. Чтобы ты, по очереди, могла помочь себе.

– Как это меня будет две? Ты что, совсем с ума сошёл?

– Яна! Земля огромна. И нам найдётся на ней место, даже чтобы прожить всю жизнь и об этом не знать. Одна Яна, до родов будет жить в районе экватора, а другая в районе Антарктики. Семь месяцев не большой срок. А потом, если не уживёмся все вместе, то одна пара улетит в Австралию или на тот материк, который между Австралией и югом Африки, а другая останется здесь. Это же лучше, чем, если я останусь один, не сумев принять роды?

– А научиться, слабо?

– Риск.

Сергей почувствовал, что Яна сомневается. Теперь, когда он предлагал её скопировать, не для удовлетворения всей компании в смысле секса, а для большей вероятности помощи ей при родах, это, наверное, не казалось ей таким диким.

– А почему ты считаешь, что Яна с экватора, будет рожать не в тоже время, что и Яна с полюса?

– Организм зависит от температуры. Питание зависит от температуры. Так или иначе, будут какие-то флуктуации. И чем раньше мы это сделаем, тем больше будет разрыв во времени.

– Ну, предположим, разрыв во времени будет час. Я, родившая, через час смогу помочь мне, которая будет рожать?

– По меньшей мере, двумя Сергеями она сможет руководить. Или ты хочешь, чтобы я скопировал только себя?

– Ну да. И два тебя будут меня одну трахать? Развратник! – Яна расхохоталась.

– Ну, а что ты предлагаешь?

– Дай день подумать.

– Ладно. Можешь свыкнуться с этой мыслью. Хотя, чем ты вторая будешь мешать первой, я не пойму.

– Тут есть ещё одна проблема, не практическая, но интересная. Если я, со второй Яной, станем праматерями, и родим новый народ. Мы изменим историю нашей Земли.

– А что ты знаешь о цивилизации гипербореев? О цивилизации Атлантиды? О Лемурии? Откуда всё это взялось? Может это, как раз, наши потомки?

– Ты фантазёр. Но это не практический вопрос. Полетели в пирамиду.

Сергей, до того убеждавший Яну, понял, что рассматривал всё чисто гипотетически. Он был уверен, что Яна не согласиться или согласиться не сразу. Но отступать было поздно. Тем более что он уже однажды общался со своей копией.

– Полетели. Но давай пока мы одни договоримся. Мы царапнёмся и после копирования отправимся в Антарктиду или на север, поближе к полюсу. А наши копии отправятся на экватор. Или почти на экватор.

– Давай царапнёмся, но сделаем наоборот…. Хотя? Я всё не привыкну к мысли, что ничем не буду отличаться.

– Может, станешь ещё добрее?

– Договорились. Пусть они живут в тепле. Но первым копировать будем тебя.

По пути они захватили Мурку.

Прилетев в пирамиду, они царапнули себе руки, но первой скопировали Мурку. Стало ясно, что Мурку они скопировали, наверное, в последний раз, поскольку она едва влезла в саркофаг. Потом скопировались сами.

Два Сергея смотрели друг на друга заговорчески улыбаясь. Яны смотрели друг на друга с любопытством.

Царапнутый Сергей пометил одну мурку буквой «Ц».

– «Ц» означает царапнутые. Если первой выйдет мурка без «Ц», обладатели царапин отправятся в холодное место, а другая пара на экватор. Если выйдет мурка «Ц», то наоборот.

– Договорились. – Улыбаясь, сказал не царапнутый Сергей. – Яны не против?

– Не против. – Хором сказали Яны.

Все расхохотались.

– Ну, слава богу, – Сказал царапнутый Сергей – что никто не видит в произошедшем трагедии.

– Тогда начнём – сказал не царапнутый.

Первой вышла Мурка без «Ц».

– Может, первый вечер проведём вместе? – спросил царапнутый Сергей.

– Нет – хором ответили Яны. Они сделали паузу, а затем царапнутая продолжила. – Обойдёмся без оргий.

Все промолчали.

– Тогда мы полетели. – Сказала царапнутая Яна. – Но я предпочитаю Тундру.

– Может вам нужно помочь оборудовать жилище? – Спросил не царапнутый Сергей.

– Но ведь и вам нужно оборудовать новое жилище? – Ответил царапнутый – А мы справимся.

Стало ясно, что полное сходство исчезло очень быстро. Оба Сергея посмотрели друг на друга с некоторой грустью. Пройдёт время, и они станут различными людьми.

– Давай дадим друг другу какие-то имена, чтобы различаться?

– Давай. Моя детская кличка была Зёга.

– Но ещё раньше, Зёня.

– Ну вот, ты Зёня, а я Зёга

– Идёт. А Вы девочки как?

– Я? – Спросили обе хором.

– Давайте мы дадим вам новые имена.

Возникла минутная пауза, а потом обе опять хором сказали:

– Ладно.

– Мою спутницу будут звать «Лана» – сказал Зёня

– А мою Юна.

– Лана, так Лана – Сказала спутница Зёни

– А я хочу быть Айри.

– Пускай Айри, – сказал Зёга.

Зёга и Зёня, поцеловались с той Яной, с которой расставались и пары разлетелись.

Царапнутые Зёга и Айри, вместе с одной из Мурок, полетели в сторону северного полюса.

Когда приборы показали им что они над полюсом, они приземлились. На северном полюсе находился плоский остров довольно значительного размера, 900 на 600 километров. Тут было холодней, чем в Зазаборье, но арктическим климатом известной им Земли и не пахло.

Посредине острова или маленького континента, который ещё Александр окрестил Арктидой, было большое и очень глубокое пресное озеро, которое зимой должно было замерзать. Но поскольку пока был июнь, температура в нём достигала 10 градусов.

Тектонический разлом, проходил в стороне будущей Гренландии. Плита образовывала с этой стороны треугольник. С противоположной стороны она завершалась полукругом в будущей Сибири.

Но между Сибирью и Арктидой, было море. Вот на морском берегу Арктиды, практически на единственной возвышенности, как раз посередине тектонической плиты они и решили разбить лагерь.

Возвышенность была не очень протяжённой. Это была коса метров восемьсот на двести, посредине возвышенности. На ней, да и вокруг был девственный хвойный лес. Папоротников практически не было.

Сначала они ограничились созданием малого дома, выделив комнаты для мурки и организовав ей искусственный климат. Потом окружали края возвышенности прозрачным куполом.

Птеродактилей не было видно, но они укрыли конструкцию для Мурки мелкой сеткой, которую поддерживали колонны. Все обнаруженные на возвышенности животные, были изгнаны вниз. Трицератопсов тут не обнаружилось. В основном это были покрытые бурыми перьями тероподы. Все динозавры, обитавшие на Арктиде, были довольно мелкими. Самые крупные были не больше человеческого роста.

Всё это время они поддерживали связь с Зёней и Ланной. Те сообщали, что обосновались на большом тропическом острове. Этот остров тоже находился посредине тектонической плиты, и проверка температуры плиты, находилась в пределах нормы. Остров был не таким большим как Арктида. И они решили окружить его полностью.

Когда они включали шлемы, они видели всё глазами своих двойников, но Яны, потребовали конфиденциальности своих разговоров, которая и была им предоставлена.

Недели через две, они привыкли относиться к своим двойникам, как другим людям.

Во-первых, голос своего двойника, Зёга слышал иначе, чем свой. Он, его двойник, был поставлен в другие условия и принимал решения, которые Зёга, наблюдавший за ситуацией только через шлем, принял бы вряд ли. Но спорить он не собирался. Жизнь его двойника это его, двойника жизнь, и пока не спросили его совета, он в неё вмешиваться не хотел. И не хотел, чтобы такие советы давали и ему. Он и с Яной, которую старался даже в мыслях называть Айри, не делился своим непониманием некоторых решений Зёни.

Имя Зёня было его более ранней кличкой, и незаметно для себя он стал относиться к своему дублю, как к младшему.

«Интересно», – думал Зёга – «а как Зёня относится ко мне?»

Но хозяйственные интересы не давали расслабляться. Каждую неделю или Зёга, или Зёня, проводили день в Зазаборье или в Ручьеграде. Они предполагали, что после родов, или даже на время родов, можно будет вернуться в эти хорошо обустроенные жилища, которые нужно было только восстановить и поддерживать в порядке. Кроме того, там был запас поголовья трицератопсов. Те стада, которые находились на свободе, без их присмотра хищники всё же хорошо потрепали. Но сезон хищников заканчивался, и запас молодняка трицератопсов в этом районе лишним оказаться не мог.

Однажды, вернувшись с такого облёта, Зёга обнаружил в джакузи, со шлемом на голове, голую Айри.

Айри смотрела какой-то фильм.

Зёга слегка постучал своей подруге по шлему.

– А, это ты? Присоединяйся.

– Родная, это не лучший способ обмануть природу. Ты и здесь, и там, лежащая в джакузи, ничем не отличаетесь.

– А что мне делать? Умирать от скуки?

Зёге совершенно не хотелось ругать свою голую подругу, которая, несмотря на обозначившийся животик, выглядела очень сексуально.

– А давай станем моржами. Вода в море 14 градусов. Организуем открытый бассейн. Там вода будет даже теплее.

– Ну, давай. Но в холодной воде долго не просидишь.

– Давай сделаем луки и начнём соревноваться в стрельбе из лука.

– Давай. Делай.

Яна-Айри вылезла из джакузи и мокрая, не одеваясь, вышла из дома.

– Воздушная ванна. – Прокомментировала она и легла на мягкую подстилку под пробивающиеся сквозь купол, лучи полярного солнца.

Зёга смотрел на неё с восхищением.

– Тебя почти сутки не было. Как ты думаешь, я не скучала? Только выключи шлемы. Я не хочу транслировать наши отношения, твоему второму я.

На следующий день, Зёга сделал луки, мишень и они начали соревноваться попадать в яблочко с расстояния десяти метров.

Сначала лучше получалось у Зёги. Но когда Айри сама изготовила для себя лук, результаты изменились. Айри начала выигрывать шесть из десяти попыток.

Конечно, луки, которые они изготовили, были наверняка хуже настоящих спортивных образцов их времени, но они были намного лучше первобытных и уж по материалам точно превосходили их.

Зёга сделал себе лук из метало-пластика. Лук был высотой метр шестьдесят. Лук Айри она сделала из плетённых пластиковых тяжей, был на двадцать сантиметров короче.

Мишень отодвинули, и теперь она была удалена на тридцать метров.

Первенство на некоторое время вернулось к Зёге.

Но ненадолго.

Теперь он сделал себе другой лук, более сложный, но более лёгкий.

Это был блочный лук.

Лук был такой же высоты, как и лук Айри, но сила его стрельбы явно превосходила ее лук.

Айри тоже попробовала стрелять из него, и первенство опять вернулось к ней.

Соревнование увлекло их, и они опять отодвинули мишень.

Теперь она была на сто метров. А стрела, которую Зёга выпускал из своего лука под углом сорок пять градусов, пролетала почти полкилометра. Конечно, ни о какой точности при этой дальности речи не было

Было интересно и то, что их дубли занимались совершенно другим. Они нежились на солнышке, купались в искусственном озере и Лана иссушала Зёню сексом. Причём делала она это в прямом эфире, что раздражало Айри, и она запретила Зёге за этим «подсматривать», хотя Зёгу это возбуждало.

Айри и Зёга продолжали совершенствовать свои луки и своё умение, и наконец, Айри решила попробовать его на практике.

Они летали вокруг Зазаборья и Ручьеграда в радиусе пятидесяти, ста километров, и планомерно истребляли двигавшихся к месту их предыдущего обитания хищников. Но и сами убитые хищники были преградой для дальнейшего продвижения их собратьев, поскольку являлись их кормом.



Убить стрелой тираннозавра, было не просто. У него была очень крепкая шкура. Ему нужно было попадать только в глаз. Но у пары было на это время.

Внешне, тираннозавры были очень красивы. Тигровой окраски, они чем-то напоминали или ходящих на задних лапах собак, или попугаев. Но представьте такого попугайчика восьмиметровой длины и с полной зубов пастью акулы.

А несколько полутораметровых кулиндадромеусов, с тонкой, как у змеи кожей плотно покрытой черными и рыжими перьями, забрали с собой. Эти динозавры чем-то напоминали страусов и как из изучения желудка одного из них, выяснил Зёга, питались молодыми побегами папоротника и насекомыми. Айри решила обработать их кожу и сшить из неё себе костюм.

Ох, эти женщины.



***

По прилёту домой, Айри стошнило, и она сказала, что пока беременная постарается не убить больше ни одной твари. Но костюм ей всё равно хотелось. Так Зёга и узнал о содержании желудка кулиндадромеуса.

Зато Айри с удовольствием таскала воздушные шары с питанием для Мурки.

Сама Мурка была большим сильным, но очень ласковым созданием. Хвою, она тоже ела, но предпочитала маленькие молодые папоротники, напоминавшие пальмы. Но ела она много.

А вот связь с дублями они устанавливали всё реже и реже. Зёга даже подумал, что они оба, и он и Айри, хотят вытеснить знание о существовании дублей.

Но спрашивать, нет ли аналогичных ощущений у дублей, он не стал.

Зёга отпустил бороду и если бы не шлем, который был его непременным спутником, стал похож на какого-то священнослужителя или первопроходца.

У его дубля, бороды не было.

Но время шло. Наступала осень. Пошёл снег и некоторые динозавры, через брод или вплавь, перебирались на континент. Солнце висело над самым горизонтом.

Оказаться совсем в темноте, Зёга не хотел. Поэтому оставляя Айри, он стал всё чаще летать на южный полюс, в Антарктиду. В Антарктиде уже темно не было, но ещё и не было солнца. Светало.

Природа Антарктиды, от природы Арктиды ничем особенно не отличалась. Но Антарктида была значительно больше, там были горы и большее разнообразие динозавров, несмотря на зиму. Но отдаление Антарктиды от континентов, видимо не давало большинству динозавров покидать ее в зимний период.

Зёга выбрал заснеженное плато, неподалеку от полюса и стал строить на нём их будущее жильё.

Нужно было создать безопасный от земной живности участок, обнести его забором, укрыть куполом, проницаемым лишь для воздуха, построить хоть какой-то дом. Хотя Айри, скорее всего, потом сделает новый дом по своему вкусу, нужно было достаточно удобное жилище, которое позволило бы ей, не торопясь этим заниматься.

Строить Зёге очень нравилось. Кроме прочего, это был прекрасный способ оставить Айри побыть одной. Ему казалось, что он ей, со своим постоянным желанием её завалить, ей надоедал. Она говорила, что заваливать её, нужно только тогда, когда сил нет терпеть и градус страсти зашкаливает, а не как позавтракать, или вздремнуть на солнышке.

Антарктида была прекрасным поводом исчезнуть из дома на недельку.

Они с Айри постоянно были на связи, но связь – это совсем не то, что личное присутствие.

Когда он возвращался, Айри называла его героем и сообщала, что соскучилась. Это было счастье.

В Арктиде солнце совсем перестало показываться, и вместе с одетой Муркой, Зёга и Айри, наконец, полетели в Антарктиду.

– Я хочу сама найти то, что ты построил.

– Но я неплохо это замаскировал. Вдруг ракоскорпионы вернуться.

– Вот я и проверю, хорошо ли ты это замаскировал. – Рассмеялась Айри – Так что, не говори.

Полёт был не близким и не быстрым. Кроме того, они решили пару дней погостить у Зёни и Ланы.

Связывались последнее время они редко, и обеим парам было интересно посмотреть на свои дубли.

Когда они прилетели, сразу стало ясно, что перед ними уже не совсем их дубли, вернее совсем не дубли.

Зёня выглядел не то, что более толстым, но каким-то более рыхлым, а кроме того, у него не было бороды. Да и Лана выглядела менее напряжённой. Кроме того, в отличие от Айри у неё был (как потом выразилась Айри) «блядский» взгляд.

«Блядский» взгляд дополняла одежда Ланы. Вернее, полная условность этой одежды на коже с красивым коричневым загаром.

И Зёга заметил, что Айри начала ревновать.

Несмотря на этот взгляд, Зёга не согласился бы поменяться. Айри была его. Он ощущал её своей. Всего четыре месяца проведенные в более жёстких условиях, сделали их очень близкими людьми.

Лана и Зёня, жили в курортных условиях.

Их дом напоминал большую хижину, стоящую на берегу огромного, стометрового в диаметре, идеально прозрачного бассейна. Зёня объяснил, что идёт постоянная фильтрация воды, которую обеспечивали несколько, стоящих снаружи ограждённого участка, мельниц.

После обеда, который отличался большим растительным разнообразием, они пошли купаться.

Лана без всякого стеснения, но и без жеманности, сбросила одежду и вошла в бассейн нагишом. На её теле не было ни одного светлого пятна, из чего стало ясно, что и ту одежду, которая на ней была, она одела ради гостей.

Айри так и осталась в трусиках.

Не смотря на всю ревность Айри, они с Ланой весело что-то обсуждали, пока Зёня рассказывал Зёге о местной флоре и об удивительных обнаруженных свойствах некоторых растений.

Отличались даже Мурки. Они были одного размера, и жевали растительность, не обращая друг на друга внимания. Но Зёга вдруг понял, что никаких рисунков на воротнике, которые сделала Айри, ему не понадобилось бы, чтобы отличить «свою» мурку. Мурка, жившая с Зёней, тоже выглядела более расслабленной.

После купания стало ясно, что Лана и Зёня рассчитывали на оргию и Зёга вполне бы на это пошёл, но поведение Айри не оставляло никаких шансов на это приключение.

Они ели, купались, загорали, дремля в тени больших папоротников, напоминавших пальмы.

Двое суток, назначенные на нахождение в гостях, пролетели очень быстро и Зёга с Айри, одевшись, полетели в Антарктиду. Мурку оставили с Зёней. Снова устраивать искусственную среду обитания молодой самке трицератопса не особенно хотелось. Ну не мучить же животное. Пусть поживёт в более комфортных условиях.

«Грузовиком», стал Зёга.

Нахождение в таких гостях так разнежило их, что они совершили перед Антарктидой ещё две остановки, на первой из которых Айри, наконец, сказала, что соскучилась. Сильно соскучилась.

Как и хотела Айри, она начала искать базу, которую подготовил Зёга, сама.

Делала она это замечательным образом. Над ещё заснеженным и пробуждающимся от холода континентом, она включила инфракрасное зрение. Зёга следил за обстановкой и всё что он видел, второй картинкой отражалось на экране шлема Айри.

Наконец она сообщила:

– Нашла!

Её «Нашла» сильно удивило Зёгу. До оборудованного жилища было как минимум, в триста, километров.

Он тоже включил инфракрасный обзор.

И действительно, внизу он увидел красное пятно, которое явно ничем живым не было.

Он сразу сказал об этом Айри, и они решили посмотреть, что же там такое тёплое.

Ни медузы, ни ракоскорпионы теплокровными небыли. И само теплое пятно, не могло быть чем-то живым.

Они летели высоко, и если бы это было спящее животное, то это был бы гигант, существование которого даже предположить было страшно.

Зёга предположил, что это какое-то теплое, вулканическое озеро. Это было интересно, поскольку иметь такой бассейн возле своего жилища было бы очень интересно.

Когда они опустились на это пятно, оно оказалось мелким холодным озером. Тепло, которое они увидели, располагалось под этим озером.

Дно озера, похоже, было льдом. Что же такое тёплое скрывает лёд?

Они устроили привал на берегу озера, создав небольшой, но крепкий дом, скорее напоминавший блиндаж и перед решениями о дальнейших действиях решили немного выспаться.

Зёга завалил стрелой маленького, полуметрового динозавра, не утруждая себя поисками его видовой принадлежности. Динозавр был покрыт, чем-то напоминавшем редкие, жесткие и короткие перья. Густо обмазал его глиной, лежавшей на берегу озера, Зёга отправил эту древнюю птицу, в жар костра из сухих веток хвойных деревьев, которые росли вокруг озера.

Айри, тем временем, собрала орехов из шишек одного из таких деревьев, превратила их в пасту, добавив молодых побегов, знакомого им папоротника, напоминавшего по вкусу, то ли чеснок, то ли хрен.

Через полчаса Зёга достал из костра «птичку», разломал образовавшееся вокруг неё керамическое покрытие, и они с удовольствием поужинали мясом, вынутым их под шкуры этого динозавра, оставшейся в керамике. Вместе с ореховой пастой, которую приготовила Айри, это было очень вкусно.

Они очень устали и насытившись, не снимая костюмов, улеглись в тёплое рукотворное ложе, обнялись и уснули.



***

Наутро стали придумывать, как забраться под лёд, служивший дном озера, не впустив туда воду. Решили пробить туннель, начало которого было за пятьдесят метров от самого озера.

Однажды, на Земле2, уходя от ракоскорпионов, они уже пробивали туннель, но тогда рядом был Андрей, который хорошо умел это делать и мог в любую секунду исправить чью-то ошибку. А сейчас им предстояло действовать самим. Они сообщили о ситуации своим дублям, и Зёня выразил желание учувствовать в этой операции.

– Ладно. Подождём. – Ответил Зёга.

Они с Айри ещё поспали и стали улучшать и место своей остановки, и место где они собирались пробивать туннель.

Через пятнадцать часов, Зёня и Лана приземлились рядом с их бункером.

– Привет! Извини что задержались, но мы не могли лететь без остановок, и надо было одеться по-зимнему.

– А мы никуда не спешим. Вся жизнь впереди. Так что давайте поедим, отдохнём, продумаем порядок действий, включая возможный план аварийных действий.

– Мы, когда летели, видели это тёплое пятно. По тому, что показал сканер, до 26 градусов в центре. Но общая площадь температурного неадекватного температурного фронта кляксы, более 20 до 30 километров поперёк.

– Клякса? Хорошее название.

Девочки готовили еду и о чём-то беседовали.

Лана была плотно, даже более чем Айри, одета, поэтому видимо напряжение Айри спало.

– А где Мурки?

– Мурок – продолжал Зёня – мы оставили в защищённой зоне. Там еды, лет на тридцать. Персональный бассейн. Они очень сдружились. Не конкурируют друг с другом.

– Самки.

Они решили действовать, двумя отрядами. Зёга и Айри спускаются внутрь, Зёня и Лана ожидают наверху, находясь в постоянной связи.

Но сам тоннель, будут делать мужчины.



Когда тоннель был сделан, они увидели знакомое пространство, подобное тому, в которое попали после того, как отец Яны крутанул из «тарелку».

Зёня нехотя оправился наверх.

Единственным его утешением было то, что он видел все, что видит и Зёга, и Айри через их шлемы.

Когда Айри спустилась вниз, она была готова к увиденному, поскольку наблюдала процесс вхождения в это пространство.

– Так мы тогда были на Антарктиде?

– Тут непонятно как сказать.

– Почему?

– Потому что относительно нашего времени, мы тут ещё небыли, но будем.

– Действительно. Парадокс.

Они закрыли проделанный туннель легкой пробкой, которую можно было легко убрать даже руками, и начали обследование, начиная с самых краёв этого пространства.

Периметр Кляксы, по их подсчётам был чуть более 160 километров.

Решили облетать его не торопясь, чтобы не пропустить, что-либо интересное.

Осматривали всё очень тщательно.

За десять часов, всё-таки беглого осмотра и устали и проголодались. Решили продолжить после перерыва.

– Всё выглядит точно так, как мы это видели, когда только нас сюда принёс сифонофор. – Говорил Зёга, пережёвывая мясо приготовленного Ланной небольшого динозавра.

Они давно поняли, что мясо маленьких растительноядных динозавров намного нежнее. Но Зёня утверждал, что небольшой водный динозавр, которого ему однажды удалось убить, намного вкуснее и ракушки вкусные.

Зёня увлёкся подводной охотой и даже сделал сеть из тонкого нейлона. Но пока её не опробовал.

– Давай завтра мы пойдём на осмотр – предложил Зёня, когда они ложились спать.

– Не согласен. Это наша находка.

– А пусть Зёня идёт с вами. А я побуду в резерве.

– Это мудро. – Сказала Айри. – Ждать, по-моему, ещё более утомительно. Тем более что найти там что-то за сто миллионов лет до того, как мы сюда попали, наверное, не удастся. Я только не пойму, как это получилось, что сверху холодная вода, потом лед, а потом пустота.

– Гении задают вопросы, чтобы научные работники на них отвечали. – Сказал Зёга.

– Ты имеешь в виду, что такого не может быть? – Спросил Зёня.

– Верно.

– Пошли, возьмём пробу?

– Пошли.

Через десять минут стало ясно, что «лед», который был снизу, не лед, а органическое вещество.

– Помнишь ледяной океан?

– Да. Кажется, мы натолкнулись на очередное создание медуз. Но в это время…. Зачем оно им?

– Утро вечера мудренее. – Вмешалась в спор Сергеев Айри. – Давайте поспим.

– Да тут ещё месяца три будет утро.

– Но мозгам и телу лучше отдохнуть. Что Вас там завтра ждёт – Сказала Лана.

– Ладно. Тогда спать.

Но уснуть у Зёги ещё долго не получалось.

Но потом ему снился хороший сон. Снилось, что он заболел и не пошёл консультантом. Что он лежит в своей квартире на октябрьской площади пять, напротив золотых куполов собора. Снилось, что ему под одеяло забрался какой-то незнакомый черный пёс, но он его совсем не боялся. Пёс положил свою тяжелую голову ему на руку и начал её лизать.

Но проснулся он последним.

Айри держала его за руку и тихонько говорила, что пора просыпаться.

Он встал, потянулся, умылся, вышел на несколько минут наружу, а вернувшись сказал:

– Сержант Ростовцев к бою готов.

Все расхохотались.

Сегодня решили не идти по периметру, а пройти, вернее, пролететь через центр теплового пятна. Но делать это решили аккуратно. От скалы к скале. Первым, на максимальной скорости, но так, чтобы не разбиться Зёга. Когда он достиг скалы, и подал сигнал, к нему направляется Айри, а замыкает Зёня.

Так и пошли. Когда добрались до самого центра теплового пятна, стало понятно его происхождение. Весь искусственный лед представлял собой огромную световую линзу для красного и инфракрасного света.

В самом центре, куда были направлены эти лучи, камень был раскалён, а вокруг лежали скелеты. Было бы это в то время, когда они попали сюда в первый раз, Зёга принял бы эти скелеты за скелеты китов, но сейчас было ясно, что это останки каких-то водоплавающих динозавров. Хотя уж очень они китов напоминали. Конвергенция.

Но по краям никакого выхода не было. При этом было ясно, что этот выход где-то есть.

И поскольку это было самым интересным делом, которым они могли заняться, они решили его найти.

Сегодня они провели беглый осмотр территории, но головоломка постепенно должна раскрыться. Вопросов было много. Зачем медузам эта линза?

Зачем такое большое место и почему здесь? Это создание медуз или очередной артефакт какой-то древней цивилизации, который медузы используют?

По существу, как предположил Зёга, это могло быть полой, уплощённой пирамидой вершиной вниз. А если это так, то эта пирамида, своим основанием, собирает энергию Солнца. А какую энергию собирают пирамиды, основанием обращённые к Земле? Но для ответов на эти вопросы, не было никаких данных.

«Эх! Нет Валерки, чтобы прокачать эти вопросы. Не самому же себе их задавать?» – Думал Зёга.

Они продолжили осмотр этой обратной пирамиды по периметру, но уже чуть ближе к центру.

– Стойте! – Вдруг сказала Айри, когда они облетели примерно половину периметра.

Зёга и Зёня остановились, а Айри показала рукой на какое-то, казавшееся совершенно пустым место.

– Что ты увидела? – Спросил Зёня.

Айри подлетела к месту, на которое она раньше показала, и зависла над кучкой камней.

– В каком году ты выложил эту кучку? – Обратилась она сразу к обоим Сергеям.

Зёга смотрел на эту кучку камней, которую он выложил тогда, когда их сюда занесло, и не верил своим глазам.

– А теперь представь, что случилось бы, если бы нам удалось выбраться отсюда сегодня безоружными и в одних комбинезонах?

– Нас бы уже съели и переварили. Но непонятно, сколько столетий назад оставлена эта кучка камней. Может дерьмо, в которое мы бы превратились, уже бы окаменело?

– Ну, раз мы живы, так давай проследуем по этой, когда-то помеченной тобой дороге.

Они медленно, скала за скалой стали передвигаться к тому месту, где когда-то был запаркован сифонофор.

Они нашли его и по сорванному ягелю, и лежащему в лужице который чуть привял, поняли, что они были здесь совсем недавно. Но самого сифонофора не было.

Зёга, обычно скорый на гипотезы, растерялся. Всё что он видел, не укладывалось пока ни в одну гипотезу.

Они, из ангара возле шинного завода попали в Антарктиду, находящуюся в меловом периоде. Попали мгновенно.

Что-то в этом было такое, от чего у него стыла кровь. Но он знал, что разгадка придёт.

– Давайте спустимся ниже. К тому месту, где мы брали вёсла.

– Хочешь посмотреть, те ли вёсла мы взяли? – спросил его Зёня.

«Да. Они по-прежнему похожи, но мы уже разные и дело не только в моей бороде». Подумал Зёга и сказал:

– Держись всё время немного сзади. Нельзя чтобы Лана осталась одна.

– Ты думаешь, есть серьёзная опасность?

– «Надейся на лучшее, а готовься к худшему», говорила моя бабушка.

– Наша. Так что ты предполагаешь?

– Если бы я знал. Но я не представляю, как сифонофор может проделывать такие штуки. А значит, рядом есть артефакт и возможно не один.

Они спустились к тому место, где когда-то брали вёсла у, как они тогда посчитали, белого кита.

Все остистые отростки были на месте. И, кроме того, Зёга понял, что это скелет никакого ни динозавра. Это белый кит или он ни хрена не знает. Но белые киты в эпоху динозавров не плавали. А значит….

Теперь он был уверен, что знает причину и если бы рядом был Валерка, ему достаточно было бы сказать только одно слово:

– Панартефактия.

– Ты думаешь? – Отозвался Зёня.

– Почти уверен.

– Вы о чём, мальчики?

– Я думаю, что через несколько часов мы сможем увидеть нас.

– Каких «нас»?

– «Нас», только что, стартовавших из ангара. Мы придём сюда за вёслами, а потом поставим сифонофор на его место и проснёмся над ледяным океаном.

– Нифига себе.

– Айри, родная, скажи, как сильно ты дорожишь жизнью.

– Ну, вообще расставаться с ней не очень бы хотелось. А есть причина?

– Есть. Я хочу проверить одну гипотезу. Но могу оставить тебя здесь одну. Я не успеваю, но ты, потом, скопируешь себе Зёню.

– Да ладно. Я уже как-то привыкла умирать. Не расставаться же ради этого. Я к тебе привыкла. Да и ты, не такой уж жирный, в последнее время.

– Я тоже тебя люблю. Зёня! Давай к Лане, а мы подождём вас.

– А как Лана будет рожать? Нам скопироваться, не поможет. Роды будут одновременные. Вам нужно скопироваться. И если ты прав, вы ещё успеваете. Только сразу.

– Ну, что родная, полежишь ещё разок в саркофаге?

– Как тебя будут звать на этот раз?

– А тебя?

– Решим, когда скопируемся. Тогда не так страшно быть камикадзе.

– Ещё никто не знает, кто останется в выигрыше. Тогда вперёд. Времени в обрез. Зёня! Сиди здесь и наблюдай. Но наблюдай инкогнито. Но я хочу это видеть.

– Ладно.

И они полетели к пирамиде.

На размышления времени не было. Они «царапнулись» и скопировались.

– Значит так… – сразу сказал не царапнутый Зёга. – Меня зовут Сергей, а мою любимую Яна. К медузам летим мы. Но давайте быстро скопируем костюмы. Нам с собой нужно четыре плюс. Для нас первых.

Поскольку никто не возражал, костюмы были скопированы, и компания из Айри, Яны, Сергея и Зёги, вылетела по кратчайшей траектории в Антарктиду.

Но когда они прибыли, Зёня сообщил им, что компанию он видел, но она направилась спать в пещеру с сифонофором.

Они запрятались, что было не сложно, чуть ниже пещеры и стали ждать.

Ждать долго не пришлось, и они порадовались, что времени хватило, и удивления общения с дублями не существовало. Была рабочая атмосфера.

Сифонофор, с закрытыми крышками, вылетел из пещеры и достаточно быстро, направился к тому месту, которое было в центре линзы. Там он начал вращаться и исчез.

Сергей и Яна, вместе со своим багажом, немедленно направились к этому месту и начали вращаться в туже сторону – по часовой стрелке и буквально через секунду ощутили себя падающими в ледяной океан.

Сифонофор был далеко, очень далеко, километрах в пятидесяти, но скрыться не успел. Они последовали за ним, сокращая это расстояние, но не слишком быстро.

Продолжая следовать за сифонофором, они поднялись значительно выше и их сканеры сообщили им, что под ними был не океан, вернее океан тоже был, под ними была огромнейшая медуза распространившая своё тело буквально до горизонта. За ней тоже были «ледяные» пятна медуз, но они были значительно меньше. А справа располагался тот каменный материк, по которому они однажды уже ходили и дуга островов, где Серёга умудрился скрыться от медуз.

Тем временем впереди показался большой сифонофор с посланницей медуз.

События развивались стремительно, но они к этому привыкли. Не подавая друг другу какого-нибудь знака, они через пару минут оказались с дугой стороны посланницы медуз и Яна, взорвала её голову.

– Ты же не хотела никого убивать.

– Это касалась живых, а не этой зомби.

Четверка их предшественников летела в сифонофоре, ничего не понимая, с удивлением и страхом глядя на происходящее.

Сергей снял шлем.

– Не пугайтесь. Мы Ваши дубли из будущего.

Они подлетели к сифонофору и передали комплекты своей одежды. Всё, кроме колец-шпал.

– Одевайте быстро прямо на скафандры. Сколько секунд у нас времени, мы не знаем.

Никто не двинулся.

– Летим на те острова. – Он показал на острова. – Там я Вам всё объясню, а Яна расскажет.

Яна тоже сняла шлем, и четверка их предшественников, видимо поверив, что перед ними не враги, начала одеваться.

Когда все надели комбинезоны, Сергей, взявший управление на себя, вывел группу из сифонофора. Они взмыли на максимальную высоту, и в облёт малых медуз, полетели на острова, которые когда-то спасли, сначала его, а потом и всех остальных.

На островах Сергей и Яна, не вдаваясь в объяснения, начали тщательно проверять правильность того, как всё было одето.

– Потом. Всё потом. Сначала вам нужно избежать участи вам приготовленной.

– Какой? – спросил Валерка.

– Быть генетически съеденными медузой – матерью.

– Как вы докажите, что всё правда и что вы наши дубли?

Сергей наклонился к Валеркиному уху и прошептал пару имён. Потом пошептал на ухо своему дублю, а Яна более молодой Яне.

– Володя! Ты один, кого мы не очень сильно знаем. Но остальные тебе подтвердят нашу идентичность.

И их дубли подтвердили.

На самом деле и внешне и по поведению, Сергею было бы легко определить, какая Яна, только с Земли, а какая его боевой товарищ и любовница, так же, как и Яне определить его. И дело было вовсе не в её немного выросшем животике и не его бороде.

Глядя на своих дублей, они ясно осознавали, что они уже совершенно другие люди.



То есть, они были теми же. Но они ещё небыли ни в медузе, они ещё не видели собственной гибели, они ещё не чувствовали себя полубогами, пользуясь технологиями Огыса. Да и не дублировали их. У Сергея было ощущение, что перед ним дети.

– Теперь ребята, ныряем. Не беспокойтесь. Считайте, что вы в надёжных аквалангах.

– А долго мы будем находиться под водой? – Спросил Валерка из своего акваланга, когда они были на глубине нескольких метров, под козырьком одной из каменных скал.

– До ночи. Медузы вас будут искать. Но им вряд ли придёт в голову, что искать вас нужно под водой. А ночью, здесь появиться трамвай… космический корабль дружественной цивилизации.

– Вы с ними договорились?

– Ещё нет. Произошла временная петля. Вы это мы, в нашем, теперь кажется уже очень далёком прошлом. Точнее мы не вы, мы ваши дубли. Вы предположительно погибли. Но на этот раз, мы постараемся этого избежать.

– А как работает петля времени? – Спросил настоящий Сергей.

– Не знаю. Мы столкнулись с этим первый раз. Но мы уже изменили ход событий. В медузу вы не попали.

– Расскажите что-то о нас, вернее о себе. – Попросила настоящая Яна

– Девочка, ты уверенна, что хочешь это знать при всех? – Спросила её Яна – Айри.

– А что, было что-то такое…

– То, что было, было у нас. У Вас этого может и не быть. Ситуация уже другая. Да и я, если честно говорить, сильно изменилась. Я чувствую себя, как будто я твоя мама, а ты очень похожая на меня дочь. Но кое-что я расскажу. И вам это пора знать.

Во вселенной идёт борьба между расами гуманоидов и расой медуз и их порождений. Медузы захватывают пленников, используют их генетический материал. Потом, засылают на планеты цивилизаций гуманоидов, лишённых инстинкта продолжения рода. Женщин. По существу, это их роботы. Одну из них, мы при вас и уничтожили. Уничтожать их нужно сразу взрывая голову. Иначе все, что они воспринимали, станет известно медузам.

Цель роботов уничтожение цивилизаций гуманоидов.

Медузы не строят технику, а выращивают её. Ну как тот сифонофор, на котором мы прилетели.

– А как вы нас нашли? – Спросил Сергей.

– Мы, в силу наших приключений, оказались на Земле в меловом периоде, отрезанные от гуманоидных цивилизаций…

– То есть, совершили путешествие во времени?

– Некоторым образом, но до этого дойдём. Так вот, мы оказались в той линзе, где были когда-то. Ну, там в Антарктиде. И благодаря твоим кучкам камней и тому, что вы еще не успели заменить свои весла остистыми костями, мы поняли, что Вы там же и как раз собираетесь продолжить то, что мы однажды прошли. Нам захотелось внести некоторые изменения в ситуацию, и вот мы здесь. И, по-моему, у моего партнёра, нет желания выйти из ситуации живыми.

– Есть такое желание – Сказал Сергей – Зёга. – но прежде, я хотел бы ответить медузе за её гостеприимство.

– Как? У нас не было времени это обсудить.

– Садим ребят и тебя к Эллу, а я попытаюсь сжечь нервную систему большой медузы. Не той, в которую мы попали в начале, а той, куда вас забросили, когда я остался на острове. Я знаю, как она устроена. Да и вытаскивали мы Вас оттуда. А потом я рассчитываю к вам присоединиться.

– Изнутри медузы?

– Не думаю, что у неё внутри серьёзная система защиты. Они не ожидают удара. Надеюсь застать их врасплох.

– Посадим ребят к Эллу, и будем жечь вместе.

– Но…

– Не обсуждается. А то нас сильно много развелось.

– Что значит «сильно много развелось»? – Спросила Яна

– На Земле, в меловом периоде, осталась ещё пара пар таких, как мы дублей. Они немного разные, но их разница намного меньше той, которая у нас с вами.

– Ещё две пары? – Спросил Валерка. – А мы погибли?

– Сие никому не известно. Вы улетели. – Сказал Сергей-Зёга. – Но мне незачем рассказывать то, что с Вами никогда не случиться.

– А Вы, почему не улетели с нами?

Сергей-Зёга посмотрел на Яну-Айри и медленно сказал.

– И мы, наши дубли улетели вместе с вами.

– Гад! Почему ты мне это не рассказал?

– Так вышло, что я не хотел дать шанс на то, что в этом полёте могло произойти, а других скопировать времени не было.

– Что значит, «времени не было»? – Спросил Валерка.

– Нас атаковали ракоскорпионы. Как успешно я не знаю, но корабль улетел и трупов никого из нас, мы не нашли. Но не волнуйтесь, нас во Вселенной ещё хватает…

– А как…

– Я понимаю, что вопросов много, но для вас эта история уже исключена, поэтому давайте помолчим. Я выключу переговорные устройства, чтобы нас не нашли по излучениям. Вы можете расслабиться. И отдохнуть. Я понимаю, что после всего услышанного хочется поговорить, но чтобы такая возможность была, сейчас лучше помолчать. Расслабляйтесь. Да. И справа, в каждом шлеме есть по три капсулы еды, а слева вода. Вы же голодные. Но съешьте по одной капсуле. Этого на день хватит. А на поясе у вас ещё много. Хватит на год.

И Сергей-Зёга выключил переговорные устройства.



Когда начало темнеть Сергей-Зёга выплыл из-под козырька и через воду стал внимательно наблюдать за небом.

Несколько раз над ними, в разных направлениях пролетели сифонофоры. Но когда стало темно, полёты сифонофоров прекратились. Сергей-Зёга всплыл на поверхность и стал внимательно следить за небом и прослушивать эфир на всех частотах.

Эфир, кроме повышенного шума на радиочастоте, молчал. Вдруг он увидел уже знакомую картину проплывающего над планетой трамвая.

– Стая подъём! Айри! Поднимай всех. Летим к Эллу. Беру управление.

Сергей-Зёга вместе со всей компанией взвился вверх, туда, где трамвай Элла, должен был оказаться через минуту.

Он вышел на частоту переговоров Огыса.

– Эллухьяах. Эллухьяах. Слышишь ли ты меня?

– Я тебя слышу. Кто ты.

– Прими компанию, которую медузы притащили с Земли и некоторое время подожди меня. Ты нас видишь? Мы в костюмах со шлемами.

– Я вас вижу. Спускаюсь. Ты знаешь шлюз.

– Да. Я знаю двери твоего трамвая. Готовь мясо и салаты. Я давно не ел человеческой пищи.

Элл спустил свой трамвай в атмосферу, и открыл шлюз. Сергей-Зёга направил туда компанию землян.

– Элл. Взлетай повыше километров на десять и жди нас. Если в течение часа нас не будет, лети на Огыс. Шифрованный пересказ происходящего я записал тебе в базу.

– Ты многое знаешь. Кто ты?

– Мы с тобой познакомились в будущем.

– Ладно. Жду час.



***

– Айри! Разрушай внешнее нервное кольцо, а я внутреннее. Разрежь его несколько раз, не разрезая саму медузу. Я отрежу ротовой вход. Пусть паскуда сдохнет.

Сергей-Зёга и Яна-Айри, влетели в большую медузу, проделывая туннели в мягкой плоти.



Лететь и разрушать нервное кольцо было непросто. Медуза начала сокращения, но что происходит в действительности, она, конечно, понять не могла. И могла ли она, что-либо понять?

Сорок минут они рушили всё что могли. Кроме разрушения плоти, оба бросали молнии в разные стороны.

– Айри! Давай к Эллу. Я догоню.

– Полетим вместе.

– Я уже лечу.

Они поднялись над медузой, которая представляла жалкое зрелище.

Мимо них несущихся вверх, вниз падали десятки сифонофоров и ракоскорпионы. Видимо вся эта гадость охраняла периметр планеты и управлялась медузой, от которой сейчас мало что осталось.

Им пару раз еле удалось увернуться от падающих ракоскорпионов, а три падающих точно на них сифонофора, Зёга взорвал.

Когда они влетели в шлюз к Эллу, оставалось ещё пять минут до отведенного часа.



– Ну и как вам это удалось – спросил Элл, показывая на планету.

– Мы нашли неохраняемый вход.

– Так кто вы?

– Мы дубли дублей ребят, которых ты принял, сделанные на Огысе.

– На вас нет метки Огыса, которая всегда присутствует на дубле.

– Не знаю. Может потому, что мы дублировались и в других условиях?

Всё было то и не то.

Восприятие Сергея-Зёги и Яны-Айри, сильно изменилось. Может изменились они? Может вступили в силу те изменения, которые вызвало их изменения судьбы тех, чьими дублями они являлись? А может это ощущение возникло от того, что попали они на Огыс, несколько раньше того времени, когда попали на него впервые? Не было, в судьбе их дублей, ни скал, ни райской планеты Крупох. Не было тех дней, когда Элл готовил их освобождения из медузы.

Всё время, которое занял их полёт к Огысу, они рассказывали и рассказывали о своей судьбе. Был один запрещённый, Яной – Айри вопрос. Ничего о её сексуальных связях, ни с Сергеем, ни с Валеркой, ни с остальной компанией, не говорилось.

– Пусть сама разбирается в своём поведении. – Сказала Яна-Айри Сергею-Зёге, когда они обсуждали, что можно, а что нельзя рассказывать компании.

– Но хоть ей, по секрету ты это расскажи. Ведь иначе нагота покажется ей невозможной, и она может оправиться к лесби.

– Ладно. Ей чуть расскажу. О Валерке.

– А обо мне?

– Давай проясним отношения. На нашу Землю мы уже не вернёмся. Но ты там был женат, а я замужем.

– Попрошу не путать. Ни я, ни ты, там ни в какой брак не вступали. Это вот они, настоящие Сергей и Яна вступали. А мы дубли. Мы свободные люди. Мы и называть друг друга стали иначе. Ты говоришь Серш, а я называю тебя Янайри. Не заметила?

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.