Каким был идейный кругозор, идеология, коллективные представления Московского царства XV – начала XVIII века? Насколько широк был круг сторонников «высоколобых» учений и насколько осмысленны были понятия политической культуры? Можно ли говорить о Российском государстве этого периода как об империи, монархии, республике? Кем считали себя подвластные этой страны, какие коллективные идентичности считали для себя значимыми? Почему в дополнение к летописанию, а отчасти на смену ему пришел такой жанр самосознания, как история, и как отличалось прошлое историков от прошлого летописцев и хронистов? В фокус исследования вошли такие идеологемы, как народ и Святая Русь, царь и император, постапокалиптическая история и Третий Рим, и такие формы коллективного политического действия, как дело народное, общая вещь, гражданство. Несмотря на немодерные технологии коммуникации, интенсивное сакральное чтение и неустойчивость доктрин суверенитета, российская культура была в этот период легитимной частью ренессансного мира, чему свидетельством служат как полемические сочинения, словарные и исторические высказывания интеллектуалов, памятники церемониальной, исторической, политической и бытовой мысли, так и следы рецепции событий в мире, анонимные дискурсы, визуальные репрезентации настоящего и прошлого. Московское царство втягивалось и в одну из наиболее значимых дискуссий модерной эпохи – о разоружении как необходимом условии гражданской жизни. Константин Ерусалимский – доктор исторических наук, профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге.
Эпоха перестройки и окончания холодной войны была временем взлета либеральной интеллигенции, оказавшейся в этот период на авансцене политического театра. Почему этот подъем был столь непродолжительным, а падение – столь драматичным? Книга Гийома Совэ показывает парадоксальную и трагическую судьбу интеллектуалов, которые, поддерживая концентрацию власти в руках просвещенного реформатора, способствовали подрыву собственного политического проекта. Автор исследует сложную систему взаимоотношений между интеллигентами и властью на излете советского проекта, а также реконструирует систему ценностей, в рамках которой действовали главные акторы перестройки и демократических реформ. В центре внимания оказываются полемика внутри либеральных кругов, их взаимоотношения с националистами и коммунистами, принципиальные решения и компромиссы, на которые приходилось идти сторонникам демократии, и другие важнейшие аспекты политического становления современной России. Гийом Совэ – политолог, преподаватель Университета Монреаля.
Эта книга как о событиях русско-японской войны, так и о её восприятии нижними чинами, военачальниками и фронтовыми репортёрами. На ней начали боевой путь Деникин, Колчак, Врангель, Маннергейм, Будённый – многие, чьи имена хранит история. О ней писали не только Толстой, Куприн, Блок, Брюсов, Бальмонт, но и многие японские авторы. Рождались песни и частушки, живописные полотна и карикатуры. Таким образом, читатель получит представление о том, какой след оставила война в культуре обеих стран.
В статье исследуется происхождение и особенности половцев – кочевых племён, известных также как куманы или кипчаки, доминировавших в причерноморских степях в XI—XIII веках. Автор подчёркивает, что половцы представляли собой конгломерат различных племён с тюркскими и монгольскими этнокультурными компонентами, не обладавших единой этнической идентичностью. Различия в быту, религиозных обрядах и антропологическом облике среди половцев были значительными, что затрудняло формирование единого этноса. Цветков анализирует социально-экономические аспекты жизни половцев, отмечая их начальную стадию кочевого образа жизни без постоянных мест кочевий и отсутствием государственного устройства. Статья также рассматривает взаимодействие половцев Русью и другими соседними народами и их влияние на исторические процессы в Восточной Европе.
Добрый день, уважаемые читатели. Сочиняя для вас новую книгу из цикла «100 мифов о Марафоне» продолжил раскрывать важнейшие заблуждения по поводу этого хрестоматийного события. Марафонская битва – это одно из знаменательнейших событий военной истории Древней Греции, а потому невозможно было пройти мимо такой интересной темы.Крайне надеюсь, что в этой книге каждый найдет для себя что-то свое, а, возможно, и то, что давно искал.
Добрый день, уважаемые читатели. Сочиняя для вас новую книгу, решил продолжить повествование развенчанием мифов о Марафонской битве, являющейся одним из популярнейших событий в истории Древней Греции. Сама же эта история настолько многогранна и уникальна, что и каждая ее составляющая представляет собой крайне оригинальную версию. Именно потому, каждый раз, обращаясь к любому ее эпизоду, мы погружаемся в увлекательнейший мир познания.
Эта книга – продолжение первой части обзора календаря славяно-русских народных праздников. Обзор уникален описанием взаимосвязи праздников с солнечно-лунными фазами и циклами, а также хозяйственно-бытовым комплексом и природными явлениями. Обрядность праздников раскрывается через их сакральные составляющие, ведущие к основам «языческого» мировоззрения.
Добрый день, уважаемые читатели. Сочиняя для вас новую книгу, решил посвятить её наиболее коренному народу республики Марий Эл – марийцам. Этот народ по-своему уникален и самобытен, а также по-своему похож на все другие народы, как бы нелепо это не звучало. Сейчас численность марийцев в мире составляет примерно несколько сотен тысяч человек, что говорит о том, что этот народ по-прежнему сильно распространен на территории России, да и вообще в мире.
О «Ворошиловских стрелках» знают все, даже те, кто не знает, кто такой был Ворошилов Климент Ефремович, первый Маршал Советского Союза. Понятие это стало нарицательным, означающим меткого стрелка. А вот о «Ворошиловских кавалеристах» не знает почти никто. В 70 годы, когда мы учились в Красновской средней школе, учителя истории вскользь говорили об этом движении, о конных переходах в Ростов, и только. Хотя тогда ещё были живы многие участники движения «Ворошиловских всадников».
Значение «Истории Средних веков» двояко. Это самое объемное прозаическое произведение Леконта де Лиля, и оно более подробно, чем любая другая его работа, раскрывает его взгляды на историю и политику.